Заказать звонок Написать письмо
Регистрация компаний в различных оффшорных зонах
Улица 1905 года 8 (495) 287-60-01
Невский проспект 8 (812) 612-00-71

Определение налогового резидентства юридических лиц в целях автоматического обмена

Определение налогового резидентства юридических лиц в целях автоматического обмена

30.11.2017

Система автоматического обмена информацией о финансовых счетах (далее – «автоматический обмен») призвана обеспечить для национальных налоговых органов прозрачность данных об иностранных счетах, принадлежащих налоговым резидентам своих стран, и тем самым облегчить налоговое администрирование в отношении их доходов, аккумулируемых за рубежом. Такая информация направляется друг другу налоговыми органами участвующих юрисдикций на ежегодной основе.

Автоматический обмен осуществляется на основании Многостороннего соглашения компетентных органов (MCAA) и Единого стандарта отчетности (CRS), а также принятых в соответствии с ними национальных законов. На конец 2017 года MCAA подписали 96 стран, включая Россию. Однако, реальная «активация» обязательств по автоматическому обмену между конкретной парой стран происходит только в случае совпадения намерений таких стран осуществлять обмен в отношении друг друга (актуальные данные об этом можно найти на портале ОЭСР в разделе “Activated exchange relationships for CRS information”). Указанная «активация» автоматического обмена может осуществляться и на основе многосторонних инструментов, охватывающих целую группу стран. Например, отношения по автоматическому обмену между странами Европейского Союза были активированы синхронно для всех стран ЕС – на основании Директивы 2014/107/EU от 9 декабря 2014 года, обязавшей каждое государство-член ЕС обмениваться информацией со всеми остальными членами ЕС.

Ключевым фактором, влияющим на направление движения информации в рамках автоматического обмена, является страна налогового резидентства держателя счёта и/или контролирующих его лиц. В настоящей статье мы сосредоточим внимание на определении страны налогового резидентства юридических лиц и иных структур (которые Стандарт CRS обобщенно называет Entity).

Для чего определяется налоговое резидентство клиента?

Прежде чем рассматривать проблему определения налогового резидентства, важно обратить внимание на некоторые определения, приводимые в разделе VIII Стандарта CRS и напрямую влияющие на объём и маршрут автоматического обмена.

Под автоматический обмен подпадают только так называемые «подотчётные счета» (Reportable Accounts). Это счета, держателями которых (Account Holders) выступают либо непосредственно физические или юридические лица – резиденты «подотчётных юрисдикций», либо пассивные компании, контролирующими лицами которых являются физические лица – резиденты «подотчётных юрисдикций».

«Контролирующим лицом» (Controlling Person) – для случаев, когда держателем счёта выступает Entity, т.е. юридическое лицо или иная структура, – признаётся физическое лицо, которое «осуществляет контроль над юридическим лицом или иной структурой» (пункт 6 подраздела “D” раздела VIII CRS). Несколько упрощая, контролирующее лицо – это бенефициарный владелец юридического лица или иной структуры, являющейся держателем счёта. Для более подробного толкования данного термина Стандарт CRS отсылает к Рекомендациям ФАТФ (Группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денежных средств).

«Подотчётная юрисдикция» (Reportable Jurisdiction) – это страна, которая, во-первых, участвует в соглашении об автоматическом обмене (т.е. в MCAA, либо в отдельном двустороннем соглашении), и, во-вторых, указана в специально опубликованном списке (т.е. реально приняла на себя обязательства по автоматическому обмену с конкретными юрисдикциями – см. выше) (пункт 4 подраздела “D” раздела VIII CRS).

«Лицом подотчётной юрисдикции» (Reportable Jurisdiction Person) признаётся физическое лицо или организация, которая является резидентом подотчётной юрисдикции согласно налоговому законодательству такой юрисдикции (пункт 3 подраздела “D” раздела VIII CRS). Все лица подотчётных юрисдикций (за исключением корпораций, чьи акции торгуются на признанных биржах, правительственных и международных организаций, центральных банков и финансовых учреждений) являются для целей CRS «подотчётными лицами» (Reportable Person).

Исходя из изложенного, можно назвать три общих случая, в которых данные о счёте того или иного лица подпадают под автоматический обмен:

А. Если банк из подотчётной юрисдикции установит, что его клиентом является физическое лицо – резидент другой подотчётной юрисдикции, сведения о его счёте (в объёме, установленном CRS), будут переданы банком в свой национальный налоговый орган, который, в свою очередь, передаст указанные сведения в налоговый орган страны налогового резидентства данного физического лица.

Б. Если клиентом банка является «активная» компания – резидент подотчётной юрисдикции, сведения о её счёте будут направлены только в страну налогового резидентства данной компании («активной» признаётся компания, у которой преобладают доходы от «активной» деятельности – напр., торговой, производственной, сервисной, транспортно-логистической и т.п.).

В. В случае же, когда клиентом банка является «пассивная» компания – резидент одной подотчётной юрисдикции, а её контролирующим лицом является физическое лицо – резидент другой подотчётной юрисдикции, информация о данном счёте будет направлена в обе указанные юрисдикции («пассивной» для целей CRS признаётся компания, которая получает преимущественно «пассивные» доходы – напр., дивиденды, проценты, роялти, арендную плату и т.п.).

Однако на практике указанный принцип «маршрутизации» данных о финансовых счетах порождает определённые проблемы. Например, компания-клиент, классифицированная банком как «активная» может столкнуться с невозможностью определить или подтвердить своё налоговое резидентство в стране инкорпорации. Такая ситуация возможна, когда компания либо действительно не является резидентом по праву страны, в которой она зарегистрирована, либо, когда компания объективно не может документально подтвердить свой статус налогового резидента этой страны (особенно в случае отсутствия у неё в такой стране налогового номера). В этом случае банк будет считать страной резидентства компании ту страну, из которой осуществляется фактическое управление компанией, а ею как правило является страна налогового резидентства контролирующего лица компании, т.е. бенефициара. В результате данные о счёте компании, несмотря на её «активный» статус, будут в любом случае направлены в страну резидентства бенефициара, что может оказаться чувствительным для последнего.

Отсюда очевидно, насколько важное значение имеет налоговое резидентство не только самого держателя счета (клиента), но и его контролирующего лица (бенефициара). Именно от него зависит, в какую именно страну (страны) поступит информация о данном счёте.

В каких случаях данные об иностранном счёте попадут в Россию?

Данные о счёте резидента РФ либо о счёте контролируемой им иностранной компании могут быть направлены иностранным налоговым органом в Россию (при условии реального вступления России в процесс автоматического обмена с конкретными странами) в двух основных случаях:

  • если держателем счёта в иностранном банке является физическое лицо – налоговый резидент РФ, либо
  • если держателем счёта в иностранном банке является «пассивная» иностранная компания, контролирующим лицом которой является физическое лицо – налоговый резидент РФ.

Но на практике возможен и третий случай – когда держателем счёта в иностранном банке является «активная» компания, контролируемая физическим лицом – налоговым резидентом РФ. Несмотря на то, что в отношении счёта «активной» компании Стандарт CRS требует направлять данные только в ту страну, налоговым резидентом которой является такая компания (но не в страну резидентства её бенефициара!), проблема, как уже было указано выше, может состоять в невозможности определения и/или документального подтверждения страны налогового резидентства самой компании. В результате банк, обслуживающий счёт такой компании, может на своё усмотрение определить страну резидентства компании, руководствуясь данными о резидентстве её бенефициара (которой в рассматриваемом случае является Россия). Такая ситуация может быть характерна, в частности, для ряда классических офшоров, где невозможно получение ни налогового номера, ни сертификата о налоговом резидентстве (что будет подробнее рассмотрено ниже).

Какие последствия влечёт автоматический обмен для держателя счёта? Если резидент РФ исполняет все обязанности, предусмотренные российским налоговым (включая нормы о контролируемых иностранных компаниях) и валютным законодательством (уведомления об открытии счёта, отчёты о движении средств по счёту), автоматический обмен не повлечёт для него явных рисков (поскольку все данные и так направляются в налоговый орган РФ самим резидентом). Риски возникают в случаях, когда указанные обязанности по каким-то причинам не исполнялись.

Сообщение банку сведений о налоговом резидентстве

Определение налогового резидентства своих клиентов для целей CRS возложено на банки и прочие финансовые учреждения, обязанные сообщать данную информацию налоговым органам своих стран (поскольку именно банки выступают «первым звеном» в цепочке автоматического обмена).

Указанную информацию банк получает, в первую очередь, от самого клиента в порядке «само-сертификации» в рамках установленных процедур Know-Your-Customer (KYC). Такая информация не должна быть бездоказательной (банк примет меры к её проверке). При этом банк не обязан консультировать клиента по вопросам определения налогового резидентства или целесообразности указания той или иной информации в формах само-сертификации.

С момента присоединения соответствующих стран к MCAA и принятия ими необходимых местных законов (в 2016-2017 гг.), иностранные банки ввели в свои анкеты клиентов новые пункты, касающиеся CRS, которые должны обязательно заполняться как новыми, так и существующими клиентами (как условие начала либо продолжения обслуживания в данном банке).

Так, в числе банковских форм клиенту-физическому лицу предлагается заполнить декларацию о налоговом резидентстве («форму самостоятельной сертификации» и т.п.), где требуется указать:

  • страну своего налогового резидентства и
  • номер налогоплательщика в данной стране (или его функциональный эквивалент).

В банковских формах для юридического лица, как правило, предлагается заполнить:

  • во-первых, декларацию о налоговом резидентстве компании («форму самостоятельной сертификации» и т.п.), где требуется указать страну налогового резидентства и номер налогоплательщика;
  • во-вторых, сведения о величине пассивного дохода (больше или меньше 50%) в общем доходе компании за предыдущий календарный год, а также о размере активов компании, порождающих пассивный доход, в предыдущем календарном году. Иногда требуется просто указать (поставить галочку), является ли компания финансовой или нефинансовой, а также активной или пассивной;
  • в-третьих, сведения о налоговом резидентстве контролирующего лица («бенефициарного владельца», «истинного выгодоприобретателя» и т.п.) клиента, которые также включают страну и номер налогоплательщика в данной стране.

Если величина пассивного дохода (или размер активов, генерирующих пассивные доходы) компании составила более 50%, такая компания для целей CRS признаётся «пассивной нефинансовой организацией» (Passive NFE). Если бенефициар такой компании оказался налоговым резидентом подотчётной юрисдикции (с которой у страны банка активирован автоматический обмен), сведения о счёте данной компании будут направлены также в страну налогового резидентства бенефициара.

Важно помнить, что банк обязан в любом случае установить налоговое резидентство своего клиента (и, где необходимо, его контролирующего лица). Отсутствие данных о налоговом резидентстве для целей CRS не допускается. В последнем случае банк может либо самостоятельно определить страну налогового резидентства клиента по совокупности имеющейся у банка информации, либо отказать в обслуживании.

Как определить налоговое резидентство для целей CRS?

Стандарт CRS отсылает к национальным правилам определения налогового резидентства, принятым в каждой конкретной стране. В одних странах налоговое резидентство компании привязано к месту её инкорпорации (это простейший вариант), в других – к месту управления и контроля, в некоторых странах возможно сочетание указанных критериев.

Данные правила сообщаются в ОЭСР в обобщённом виде каждой страной, участвующей в MCAA, и размещаются в открытом доступе на портале автоматического обмена в разделе Rules governing tax residence. С их помощью можно выяснить, каким критериям должно отвечать физическое или юридическое лицо, чтобы признаваться резидентом той или иной страны в налоговых целях. Этим же ресурсом пользуются банки при проверке достоверности заявленных клиентом сведений о стране резидентства.

Рассмотрим некоторые проблемы, возникающие при заполнении клиентами банковских форм, посвященных налоговому резидентству.

Пример 1. Компании, зарегистрированные в классических офшорных зонах и не имеющие налоговых номеров.
Офшорным компаниям типа IBC, зарегистрированным, например, на Сейшелах, налоговые номера не присваиваются в принципе, и, потому могут не указываться в банковских формах (что допускается Стандартом CRS). При крайней необходимости отсутствие налогового номера может быть подтверждено справкой из Комиссии государственных доходов Сейшел.

При этом клиент имеет полное право указать Сейшелы в качестве страны налогового резидентства компании, поскольку для целей CRS компании Сейшел признаются налоговыми резидентами данной страны (несмотря на то, что по факту не являются ими, поскольку не ведут деятельности и не платят налогов в стране своей регистрации). В информации, направленной в ОЭСР, Республика Сейшелы официально подтвердила, что все юридические лица, зарегистрированные по законам Сейшел (а это не только традиционные офшорные IBC, но и компании со специальной лицензией CSL, и компании международной торговой зоны SITZ, и собственно местные компании), рассматриваются как резиденты Сейшел для налоговых целей.

Тот же самый вывод можно сделать и в отношении компаний Британских Виргинских Островов (где по Закону о компаниях 2004 г. компании имеют единый статус и не делятся на «местные» и «международные коммерческие»).

В то же время, некоторые иностранные банки, делают вывод о том, что отсутствие налогового номера у офшорных компаний типа IBC означает, что страной их налогового резидентства является страна, в которой они фактически осуществляют свою деятельность (которая является местом их управления). В результате, налоговое резидентство таких компаний на деле определяется по месту резидентства их бенефициара. В этом случае, даже если компания классифицирована для целей CRS как «активная», данные о её счёте всё равно будут направлены в страну резидентства её бенефициара. Такой подход является необоснованным, за исключением тех случаев, когда законодательство самой офшорной юрисдикции не признаёт такие компании своими резидентами. Примером последнего может служить Белиз (см. далее).

Пример 2. Белиз (офшорные компании IBC).
Согласно статье 2 Закона Белиза «О международных коммерческих компаниях», компании данного вида не признаются резидентами Белиза (что также было официально подтверждено Белизом для портала ОЭСР). Резидентство юридических лиц в Белизе определяется не на основании критерия инкорпорации, а на основании места «центрального управления или контроля».

Отсюда следует, что, если держателем счёта является компания IBC, зарегистрированная в Белизе, указание Белиза в качестве страны её налогового резидентства для целей CRS будет некорректным и недостоверным (в отличие, например, от аналогичного случая для Сейшел). В указанной ситуации необходимо определить страну, из которой осуществляется фактическое управление или контроль над белизской компанией.

В очень многих случаях такая страна совпадает со страной налогового резидентства бенефициара компании. Если такой страной является Россия, и клиент заявит об этом в банковских формах (относящихся именно к компании, а не к бенефициару), то именно в налоговый орган России поступит информация о счёте данной компании как «налогового резидента» России (даже тогда, когда такая компания является «активной», и стандарт CRS не требует направление данных о её счёте в страну резидентства бенефициара).

Вариантом решения данной проблемы для «активных» компаний, не имеющих резидентства в стране инкорпорации, может быть наём в компанию директоров, страна налогового резидентства которых не совпадает со страной бенефициара. В этом случае страна резидентства директора (директоров) и будет являться местом управления и контроля над компанией и, соответственно, страной её налогового резидентства для целей CRS. В результате сведения о счёте такой «активной» компании не будут направляться в страну резидентства бенефициара. Однако, важно помнить, что указанные директора не должны быть «номинальными» – они должны иметь и осуществлять реальные полномочия по управлению компанией (включая полноценный доступ к её банковскому счёту). Также следует учитывать, что соответствующая практика на текущий момент ещё не сложилась и судить об эффективности тех или иных решений пока преждевременно.

Пример 3. Налогово-прозрачные партнёрства (британские и канадские LLP и LP).
Указанные структуры часто образованы из компаний или физических лиц, не являющихся резидентами страны регистрации партнёрства. Такие партнёрства, как правило, не ведут деятельность и не получают доходов в стране своей регистрации, а налогообложение прибыли партнёрства осуществляется на уровне партнёров – в странах, налоговыми резидентами которых они являются. Однако, как быть, если необходимо указать страну налогового резидентства такой структуры при открытии на неё банковского счёта?

Согласно прямому указанию пункта 3 подраздела “D” раздела VIII CRS, партнёрства (товарищества), партнёрства с ограниченной ответственностью или схожие правовые образования, не имеющие резидентства для налоговых целей (так называемые «налогово-прозрачные» структуры), считаются для целей CRS резидентами юрисдикции, в которой расположено место их фактического управления. Однако, так ли обстоит дело на практике?

Согласно пункту 109 Комментария к разделу VIII CRS, местом фактического управления (place of effective management) является место, где по существу принимаются ключевые управленческие и коммерческие решения, необходимые для ведения бизнеса организации в целом. При этом при определении места фактического управления должны учитываться все значимые факты и обстоятельства. Организация может иметь несколько мест управления, однако, место фактического управления в конкретный момент времени – только одно.

Начнём с Великобритании. В ней могут применяться оба наиболее известных критерия определения налогового резидентства юридического лица – место инкорпорации и место управления и контроля. В случае «конкуренции» между странами, в которых компания может являться резидентом, могут применяться соответствующие положения международных договоров, позволяющие определить какую-то одну страну. Кроме того, признаётся возможность двойного налогового резидентства.

В сообщении для портала ОЭСР относительно национальных критериев налогового резидентства, Великобритания отмечает, что для целей CRS зарубежное партнёрство, управляемое и контролируемое из Великобритании, будет являться налоговым резидентом Великобритании, однако ничего не сообщает об обратной ситуации – определении резидентства партнёрств, зарегистрированных в Великобритании, но управляемых из-за рубежа.

Очевидно, что для определения резидентства таких налогово-прозрачных структур, как партнёрства LLP или LP, образованных из партнёров – нерезидентов Великобритании, и управляемых из-за рубежа, место инкорпорации играет отнюдь не решающую роль. Несмотря на обязанность регистрироваться в налоговой службе Великобритании и сдавать налоговые отчеты, налогоплательщиками в этом государстве они не являются. Более того, таким партнёрствам будет отказано в выдаче сертификата о налоговом резидентстве в Великобритании, что прямо подтверждает отсутствие у них статуса налогового резидента в этой стране.

Однако, ряд банков стран-участниц MCAA (в частности, европейских) исходят из того, что для целей CRS данные о счетах британских партнёрств должны в любом случае направляться в страну их инкорпорации, т.е. в Великобританию. Факт инкорпорации в Великобритании и присвоения уникального номера UTR (Unique Taxpayer Reference), по их мнению, является достаточным для признания партнёрства резидентом Великобритании для целей CRS. При этом, номер UTR не является налоговым номером в строгом смысле слова, а является лишь идентификатором для лиц, сдающих отчёты в HMRC (о чём Великобритания указала в своём разъяснении для ОЭСР о налоговых номерах) и сам по себе о налоговом резидентстве в Великобритании не свидетельствует.

Такой подход может представляться спорным, но имеет право на существование, учитывая, что критерий инкорпорации применяется в Великобритании наряду с критерием управления и контроля, и имеется индивидуальный номер, имеющий, исходя из своего названия, налоговое предназначение. Например, если английское партнёрство с российским бенефициаром и счётом в латвийском банке, является «активным» (в терминологии CRS), то информация о счёте такого партнёрства будет направляться из Латвии только в Великобританию.

Что касается Канады, в ней для определения налогового резидентства применяется только критерий места центрального управления и контроля. Партнёрства, учреждаемые по законам отдельных провинций (напр., Британская Колумбия, Онтарио), не являясь юридическими лицами, не являются и самостоятельными налогоплательщиками. Тем не менее, в сообщении для портала ОЭСР Канада признаёт своими налоговыми резидентами партнёрства, фактическое управление которыми осуществляется из Канады. Отсюда можно сделать вывод, что канадские партнёрства, управляемые и контролируемые из-за рубежа, налоговыми резидентами Канады признаваться не должны, и данные об их счетах должны, по-видимому, направляться в страну резидентства бенефициара.

Тем не менее, на практике, как и вышеописанном случае с британскими партнёрствами, ряд банков считают регистрацию в Канаде достаточным условием для направления данных о счёте партнёрства именно в Канаду, а не в страну, из которой такое партнёрство фактически управляется или контролируется (даже несмотря на отсутствие у такого партнёрства налогового номера в Канаде).

В случае, когда партнёрство указывает в банковских формах о том, что не имеет резидентства для налоговых целей, банк вправе самостоятельно определить налоговое резидентство на основании данных об адресе головного офиса (principal office) партнёрства (пункт 10 Комментария к разделу VI CRS).

При этом под «головным офисом» (principal office) как правило понимается место, откуда осуществляется фактическое управление компанией (effective management). Адрес банка, обслуживающего счёт компании, почтовый ящик или адрес, используемый исключительно для получения корреспонденции, не могут быть «головным офисом», кроме случаев, когда такой адрес является единственным адресом, который использует организация и назван в качестве зарегистрированного адреса в ее учредительных документах (пункт 153 Комментария к разделу VIII CRS).

Чем подтвердить налоговое резидентство?

После того, как банк получил данные, заявленные клиентом в рамках само-сертификации, он должен проверить их обоснованность, сопоставив их с информацией, полученной им от клиента при открытии счёта, в том числе с любыми документами, собранными в рамках процедур AML/KYC (т.н. «тест на правдоподобность», the reasonableness test), а также используя иные доступные банку ресурсы.

Среди них могут быть документы, исходящие из уполномоченных государственных органов юрисдикции, о резидентстве в которой утверждает клиент, учредительные документы компании, сведения из открытых источников и др.

Важным документом, который Стандарт CRS (пункт 6 подраздела “Е” раздела VIII) относит к «документальным доказательствам» (documentary evidence), может служить сертификат о налоговом резидентстве, выданный уполномоченным государственным органом юрисдикции, резидентом которой считает себя заявитель.

Поскольку сертификат о налоговом резидентстве (о статусе резидента для налоговых целей) является официальным документом, специально подтверждающим страну налогового резидентства того или иного субъекта, очевидно, что его представление должно снимать любые вопросы относительно резидентного статуса держателя счёта в соответствующей стране. Однако, получение такого сертификата не всегда возможно.

В одних случаях сертификат не может быть выдан в принципе, когда у компании/партнёрства отсутствует реальный офис, управление и деятельность осуществляются за рубежом, фактической уплаты налогов в стране регистрации не происходит. Иногда сертификат не может быть получен в первый год с момента регистрации компании, поскольку он подтверждает факт налогового резидентства лица в конкретном периоде, который ещё не завершился.

Налоговое резидентство и налоговый номер (TIN)

Известно, что налогоплательщик (т.е. лицо, у которого возникают налоговые обязанности в той или иной стране) не обязательно является налоговым резидентом этой страны (напр., он может быть иностранным резидентом и лишь получать доход от источников в данной стране). Тогда как налоговый резидент той или иной страны – всегда является (должен являться) в ней налогоплательщиком. Налоговое резидентство лица в той или иной стране предполагает, что в этой стране он исполняет определённые обязанности по декларированию доходов и уплате налогов. Подтверждением этого служит факт постановки лица на учет в налоговом органе и присвоение ему номера налогоплательщика.

Согласно Стандарту CRS (подраздел “A” раздела I), информация о счёте включает в себя, помимо прочего, и идентификационный налоговый номер (Tax Identification Number, TIN) держателя счёта и/или его контролирующего лица. Именно поэтому, наряду с указанием страны резидентства, банки требуют указания клиентом в банковских формах своего TIN, присвоенного в заявленной стране (либо его функциональный эквивалент).

Указание TIN не требуется, если соответствующая юрисдикция вообще не предусматривает присвоение таких номеров, либо если по её внутреннему законодательству сбор данных о таких номерах для целей CRS не требуется.

Бывают и иные случаи, когда клиент не может указать TIN, соответствующий заявленной им стране налогового резидентства (например, если он недавно стал налоговым резидентом, и налоговый номер ещё не был ему присвоен, либо если у него по каким-то причинам нет возможности получить такой номер). В этих случаях в банковских формах требуется указать причины такой невозможности.

Национальные правила об идентификационных налоговых номерах (их аналогах) и принципах их присвоения в каждой из стран-участниц MCAA собраны в разделе Tax identification numbers (TINs) сайта ОЭСР.

Несмотря на то, что Стандарт CRS не проводит чёткой свази между налоговым резидентством и наличием налогового номера, многие банки рассматривают наличие номера TIN как однозначное доказательство налогового резидентства в данной стране.

Обобщение

В таблице ниже приведена обобщенная информация, касающаяся резидентства и номера TIN юридических лиц и иных структур, зарегистрированных в ряде юрисдикций. Во всех нижеперечисленных случаях речь идёт о компаниях/партнёрствах, владение/контроль и управление которыми осуществляется из-за рубежа (нерезидентами страны регистрации компании/партнёрства).

Примеры юрисдикций и зарегистрированных в них юридических лиц / иных структур Признается ли налоговым резидентом страны своей регистрации (инкорпорации) для целей CRS? Присваивается ли налоговый номер (TIN)?
Сейшелы
(компания IBC)
Да
(на основании факта инкорпорации на Сейшелах)
Нет
Белиз
(компания IBC)
Нет
(на основании критерия управления и контроля)
Нет
Британские Виргинские Острова
(компании BC)
Да
(юрисдикция пока не представила информацию в ОЭСР)
Нет
(юрисдикция пока не представила информацию в ОЭСР)
Панама
(корпорации)
Да
(юрисдикция пока не представила информацию в ОЭСР)
Да
(юрисдикция пока не представила информацию в ОЭСР)
Кипр
(компании)
Да
(если соблюдены формальные требования управления и контроля на Кипре)
Да
(присваивается на основании простого заявления)
Латвия
(компании)
Да
(на основании факта регистрации в Латвии)
Да
(присваивается автоматически)
Эстония
(компании)
Да
(на основании факта регистрации в Эстонии)
Нет
(присваивается лишь регистрационный код)
Великобритания
(компании, партнёрства LLP и LP, включая шотландские)
Нет / ?
(на практике зависит от подхода конкретного банка: могут применяться как критерий инкорпорации, так и управления и контроля. Ряд банков считает наличие номера UTR доказательством налогового резидентства UK)
Нет
(но предусмотрен номер UTR – Unique Taxpayer Reference, служащий идентификатором для лиц, сдающих налоговые отчеты в HMRC)
Ирландия
(партнёрства LP)
Да / ?
(относительно партнёрств – юрисдикция пока не представила информацию в ОЭСР. На практике зависит от подхода конкретного банка. Но общее правило – критерий инкорпорации (применяется для компаний, зарегистрированных после 01.01.2015))
Нет
(но предусмотрен TRN – Tax Reference Number, служащий идентификатором для налогоплательщиков, зарегистрировавшихся в налоговой службе)
Канада
(партнёрства LLP/LP)
Нет / ?
(на практике зависит от подхода конкретного банка)
Нет
(в качестве TIN может служить бизнес-номер (BN). Но присваивается он только тем партнёрствам, которые обязаны сдавать отчетность в Канаде или ведут деятельность в Канаде)
Гонконг
(компании)
Да
(на основании факта инкорпорации в Гонконге)
Да
(номером TIN служит номер бизнес-регистрации компании – Business Registration (BR) number)
Сингапур
(компании)
Нет / ?
(на основании критерия управления и контроля. На практике зависит от подхода конкретного банка)
Да
(присваивается Unique Entity Number (UEN) – единый идентификатор для общения с государственными органами, включая ACRA и IRAS)
ОАЭ
(офшорные/международные компании, компании свободных зон, местные компании)
Да
(на основании факта инкорпорации в ОАЭ)
Нет
(присвоение налоговых номеров планируется в 2018 году в связи с введением НДС)
Россия Да
(на основании факта регистрации в России)
Да
(ИНН присваивается при регистрации)

Выводы

  • При определении страны налогового резидентства компании или её контролирующего лица для целей CRS необходимо руководствоваться нормами внутреннего законодательства соответствующей страны и принимать во внимание все значимые факты и обстоятельства.
  • В реальной практике налоговое резидентство, определённое согласно букве национального закона, и налоговое резидентство, определяемое для целей CRS банком по собственной инициативе, могут не совпадать.
  • Различные банки могут по-разному толковать Стандарт CRS и национальные правила определения налогового резидентства. Если у клиента возникают разногласия с банком по этому поводу, клиенту необходимо располагать официальным документальным подтверждением своего статуса налогового резидента в конкретной стране (в первую очередь, сертификатом налогового резидентства).
  • Наличие у компании налогового номера (TIN) как правило подтверждает её резидентство в стране, присвоившей такой номер. С другой стороны, факт налогового резидентства в определённой стране не всегда означает наличие и возможность получения в ней налогового номера. Поэтому возможны ситуации, когда резидентство в данной стране есть, а номера TIN нет (и для некоторых банков это служит основанием считать страной резидентства компании страну резидентства её бенефициара).
  • Некоторые банки могут неадекватно толковать понятия «активная» и «пассивная» компания, вплоть до полного искажения их смысла, установленного Стандартом CRS. «Активный» или «пассивный» характер компании зависит от структуры её доходов или иных признаков, установленных Стандартом CRS, но никак не от наличия или отсутствия реальной деятельности или налогового номера в стране регистрации. В этой связи клиенту рекомендуется располагать доказательствами «активного» или «пассивного» характера доходов компании, например, в виде финансовой отчетности компании за предыдущий год с пояснениями (учитывая, что под автоматический обмен со страной бенефициара подпадают в первую очередь данные о счетах «пассивных» компаний).
  • Данные о счетах «активных» компаний могут попасть в страну резидентства бенефициара только в случае невозможности адекватного подтверждения резидентства компании в стране своей регистрации (в частности, при отсутствии налогового номера) и совпадения места управления компанией со страной резидентства её бенефициара.

Теги: налоговое резидентство, обмен информацией, бенефициары

Возврат к списку



Сейшелы
от 450 $

Белиз
от 1100 $

BVI
от 1500 $

Панама
от 1400 $

Латвия
от 500 €

Кипр
от 2000 €

Гонконг
от 1900 $
 
Канада 
от 1680 $

Другие
от 800 $

Оставьте Ваше сообщение:

Заполните форму обратной связи и наш специалист свяжется с Вами в ближайшее время.

 
Выберите офис для обращения:*
Имя*
Е-mail*
Телефон (не обязательно)
Ваше сообщение*
Защита от спама, отметьте пункт ниже:*
 

* - Поля, обязательные для заполнения